Юго-Восточный Украинский Психоаналитический Союз


Юго-Восточный Институт Психоанализа


Статьи

О проблемах самопомощи

 

Интересный состоялся на днях разговор. Студентка принесла для обсуждения диплом своему научному руководителю, моей хорошей подруге и коллеге Ане. Тема любопытная. Точно название не помню, но суть вот в чем. Студентка взяла собственные дневниковые записи, и на основании их анализа показывает изменение психологического состояния в процессе психологической самопомощи во время самостоятельного преодоления серьезного жизненного кризиса. Другими словами – работа на тему «как я сама вытащила себя из кризиса». Я заинтересовался, подключился… И довольно быстро столкнулся с нередко встречаемым феноменом – самопомощь на самом деле таковой не оказалась, хотя женщина совершенно была уверена в том, что она кризис преодолела.

     Что натолкнуло на сомнения? Первый, поразивший меня факт – женщина все время говорила о дневниках как написанных некой «девушкой», хотя речь шла именно о ней. Она совершенно не могла говорить от своего лица, когда упоминала дневниковые записи. «Я изучала эту девушку…», «записи девушки подтверждают…», «самооценка девушки совершенно ужасна». Я обратил на это внимание, предположив, что Ольга (назовем ее так) хочет сохранить эту информацию в тайне, что понятно. Но нет. Она отвергла это мое предположение, сказав, что «это позволяет более объективно изучить эту женщину (так и сказала!)». И, несмотря на то, что и я, и Аня знали, кто автор дневника, она продолжала упорно говорить о себе в третьем лице, отчуждаясь от себя самой.

    Второй момент – особенность ведения диалога. Точнее, ее вообще не было. Каждая идея или каждое предположение насчет того, как оформить работу, воспринималось как жесточайшая критика личности. Я снова обратил внимание Ольги на это: «У меня такое ощущение, что любое замечание насчет не содержания, а просто структуры работы вы воспринимаете как атаку на себя лично». И снова отрицание и почти яростный ответ на критику, которой не звучало, но которая была в душе женщины. Было такое  ощущение, что диалог она ведет не с собой, а с беспощадным, безжалостным внутренним критиком, который все наши слова извращал и шептал свой – жестокий – вариант. Тогда я решил спросить напрямую:

- Скажите, а как вы решили, что внутренний кризис преодолен?

- Я не буду этого убирать из дипломной!

- Вы меня опять не слышите. Я спрашиваю – каким образом вы справлялись с кризисом?

- Медитация, йога, аффирмации, самовнушение. Но диплом-то не об этом! Девушка описывает свой опыт!

- А как вы определили, что у вас кризис?

- У меня полностью нарушились отношения с родственниками, были мысли о собственном ничтожестве, депрессия. Потребовались полгода, чтобы выбить эту дурь из головы.

- Выбить? – мои сомнения усиливаются.

- А как иначе? Я постоянно занималась самовнушением. 

 Медитация, йога, разные «техники» и аффирмации – позитивные установки… Ольга выбивала из себя мысли о ничтожестве. Дневник это хорошо показывал – в начале было много  самоуничижительных характеристик, которые со временем стали сменяться другим полюсом… Из полюса собственного ничтожества Ольга, сама того не подозревая, стала перетекать в полюс «величия». Пошли сплошные позитивные отзывы о самой себе. Но тогда почему так трудно сказать, что этот замечательный опыт самопомощи – мой? И что за критик беснуется в душе?

- У меня такое ощущение, что у нее внутренний критик остался, - обращаюсь я к Ане и вдруг ловлю себя на том, что в присутствии Ольги говорю о ней в третьем лице другому человеку. В какой-то момент я просто перестал ее воспринимать, она стала безликой «девушкой из дневника». Я и Аня стали говорить об Ольге «она». Останавливаю себя.

Диалог не получился. Вряд ли Ольга «выбила» из себя внутреннего критика  и преодолела кризис. Просто критик, который раньше говорил громко и осознавался, под давлением многопудовых аффирмаций, забрался далеко в подполье, но по-прежнему держал в руках все бразды правления. За внешней уверенностью и даже самоуверенностью Ольги прятался одинокий, испуганный человек. И настолько дискомфортно ему было с самим собой, что о своем опыте и переживаниях он предпочитает говорить о себе в третьем лице. Чтобы не соприкасаться с переживаниями, которые были успешно вытеснены. Поэтому и возникает иллюзия преодоления внутренних конфликтов – они, эти переживания, перестали ощущаться…

Самопомощь нередко напоминает мне самолечение, в результате которого болезнь из острой формы переходит в хроническую, не столь болезненную, но уж точно не безвредную. Я знаю человека, который, преодолевая собственные душевные проблемы, обратился к буддизму. Вполне позитивно отношусь к данной религии, но если она используется как анестезия… То получается то, что и произошло с этим человеком: он стал удивительно неэмоциональным. Внешне всегда спокойный, невозмутимый, бесстрастный, он начал вызывать сильное раздражение почти у всех, кто некоторое время с ним общался. Мало кто мог внятно объяснить, в чем суть этого раздражения, но одна девушка однажды прямо ему заявила: «я тебе не верю и мне кажется, что ты – лицемер». То, что он понимал как буддистскую бесстрастность, другими (в том числе и мной) ощущалось как высокомерие, холодность и недружелюбность. Но он этого – не видел и не чувствовал.

Еще один обратился к «пикапу», из неуверенного в общении с девушками парня превратился в неуверенного, но наглого в общении с девушками парня. Он тоже занялся самопомощью. Девушки у него пока что нет, но теперь он считает, что это они его не достойны, раз отвергают. Став при этом образцово-безликим «пикапером».

Таких примеров довольно много – когда, в поисках преодоления внутренних барьеров, люди начинают искать не просто избавление от них, а идеальный образ человека без проблем. И пытаются из себя, как из куска глины, лепить этот самый идеальный образ, в качестве инструментов используя аффирмации, медитации, общение только с «правильными людьми», описания идеальных людей и так далее. В итоге самоощущение становилось лучше, только не за счет разрешения внутренних конфликтов, а за счет потери чувствительности к «нехорошим» переживаниям. Образно говоря, берется фигура, и от нее отсекается все «мешающее». Получается обрубок, но зато какой простой и гармоничный… В реальности происходит то, что чувствуют многие окружающие люди, вдруг замечающие, как изменился их друг или родственник.  Он становится не просто «другим», но чужим, отчужденным. И совершенно не способным осознать этот факт.

Я не отрицаю возможности самопомощи  и самостоятельного решения проблем. Все возможно. Только не нужно косметический ремонт путать с капитальным. Нужен ли первый? Да, конечно – когда сам дом в порядке.

 

Илья Латыпов, психолог, кандидат психологических наук

взято отсюда

 

23.05.2012 | назад

 

 


ООО  Юго-Восточный Институт Психоанализа  

Юго-Восточный Украинский
Психоаналитический Союз

Институт
  Центр психоанализа
  Преподаватели
  Расписание
  Специализация

  Курсы

Центр системных расстановок
  Преподаватели
  Поступление
  Расписание
  Семинар-интенсив
Консультационный центр

Центр семьи «Ирида»
Центр сопровождения организаций
Статьи
Фотоальбом
Видео
Контакты

О Союзе
Реестр членов
Выписка из устава
Партнеры